ТРАВМА И РАЗВИТИЕ ИДЕНТИЧНОСТИ
Мария Рут (Maria Root), теоретик по понятию идентичности,
для разработки своих моделей использовала опыт людей со смешанным фенотипом и происхождением (также известных красиво-смешанные) [ Root,1998, 2000, 2004]. Она утверждает, что для разработки валидной в экологическом плане теории идентичности для людей со смешанным происхождением необходимо наличие нескольких факторов. Во-первых, такая модель должна учитывать внутригрупповые предубеждения и притеснения — своего рода выражение интернализованного угнетения или горизонтальной враждебности, которые могут быть при принадлежности к целевой группе.
Во-вторых, такую модель следует рассматривать как позитивный опыт идентичностей, который может быть противоречивым в социальном плане. Модель Рут — полезная парадигма для понимания опыта идентичности людей, переживших травму. Она трактует эти виды явно противоречивых сочетаний идентичностей как потенциально психически здоровые, в отличие от предыдущих моделей, в которых такие сочетания идентичности были патологическими. Далее в ее модели отмечается важность изменений в социальных и политических контекстах и социальных референтных группах, которые доступны людям и влияют на их понимание своей особой многогранной идентичности. Наконец,
модель признает взаимодействие экологичного опыта людей в социальной сфере, включая семейное окружение, историю и биологическое наследие.
Рут изображает свою модель графически как серию вложенных, интерактивных, перекрывающихся ящиков, в которых
эти различные факторы находятся в постоянном взаимодействии
и в которых идентичность находится в непрерывном процессе раз-
вития, а не движется к определенному и очевидному стабильному
состоянию. Культурное смирение на практике усиливается благодаря этой или подобным моделям формирования идентичности. Потому что это позволяет клиницисту концептуализировать собственную идентичность и идентичность своих пациентов как постоянно трансформирующуюся матрицу множественных социальных аспектов, которая не требует
фиксированного и стабильного состояния, для того чтобы быть функциональной. Многие люди, пережившие травму, существуют в лиминальном состоянии идентичности, в котором переход — это постоянное явление. Менее очевидно, но не менее важно для культурно компетентного психотерапевта, который занимается лечением травмы, принимать во внимание степень, в которой лиминальные идентичности возникают как этап посттравматического процесса исцеления, а идентичность пережившего травму интегрируется положительным образом
в другие аспекты идентичности.
Культурно компетентная практика учитывает различные и много-
гранные идентичности пациентов и психотерапевтов в процессе осмысления того, что происходит в межличностной сфере терапевтического процесса. Например, пациентка из бедного класса, цисгендерная американка европейского типа, которая поднялась до руководителя среднего звена, и психотерапевт из верхушки среднего класса, цисгендерная американка европейского типа, которая хочет иметь доход среднего
класса в своей независимой практике, нуждаются во взаимодействии друг с другом в контексте центрального значения социального класса для их соответствующих идентичностей. Это поможет им обнаружить, как их отношения пострадали от разъединения. В этом примере есть скрытый аспект многогранной идентичности — это социальный класс, который имеет важное влияние на чувство “я” обеих женщин. Этот аспект скрыт текущим очевидным сходством. Ведь, как отмечает Рут, один из способов сознательно принять свою многогранную идентичность — это отказаться от одной идентичности, которую приписывают
другие.
Таким образом, культурная компетентность в психотерапии повышается, если вдумчиво рассматривать все потенциальные аспекты идентичности. Смирение возникает, когда терапевт осознает многогранную идентичность и способы, которыми они пересекаются в каждом человеке. Это позволяет в процессе терапии разработать стратегии для каждого пациента, чтобы объединить эти аспекты в единое целое.
