Тренинги Коуч Василий Данилов улучшай свою жизнь
full screen background image
Search
19 ноября 2026
  • :
  • :

СТРЕМЛЕНИЮ К ВЛАСТИ И ПРЕСТИЖУ Желание господствовать, добиться престижа, приобрести богатство само по себе,…

СТРЕМЛЕНИЮ К ВЛАСТИ И ПРЕСТИЖУ

Желание господствовать, добиться престижа, приобрести богатство само по себе, конечно, не составляет невротической тенденции, точно так же, как желание быть любимым само по себе не есть невроз. Чтобы понять, чем отличается невротическое стремление в этом направлении, надо сравнить его с нормальным. Например, у нормального человека ощущение власти может произойти от реализации его собственной силы, которая может проявиться в виде физической силы или способности, умственных способностей, зрелости или мудрости.

Его стремление к власти может быть связано и с некоторым конкретным делом: семьей, политической или профессиональной группой, родиной, религиозной или научной идеей. Но невротическое стремление к власти происходит от беспокойства, ненависти и чувства неполноценности. Различие формулируется решительным образом: нормальное стремление к. власти происходит от силы, а невротическое – от слабости.

Здесь участвует и культурный фактор. Не во всех культурах играют роль индивидуальная сила, престиж и собственность. Например, у индейцев пуэбло * стремление к престижу определенно осуждается, и нет существенных различий в индивидуальной собственности; поэтому рассматриваемое стремление играет у них не слишком важную роль.. В этой культуре не имеет смысла стремиться к какому-либо способу доминирования для преодоления беспокойства. Если в нашей культуре выбирают такой путь, это объясняется тем, что в нашей социальной структуре власть, престиж и имущество могут доставить человеку ощущение большей безопасности.

При исследовании условий, порождающих стремление к этим целям, обнаруживается, что оно развивается обычно, когда оказалось невозможным облегчить лежащее в основе невроза беспокойство посредством любви. Приведу пример, показывающий, как такое стремление может развиться в форме честолюбия, когда фрустрируется потребность в любви.

Девочка была сильно привязана к своему брату, который был на четыре года старше ее. Они часто обменивались ласками более или менее сексуального характера, но когда девочке исполнилось восемь лет, ее брат внезапно отверг ее, заявив, что они теперь вышли из возраста, когда уместны такие игры. Вскоре после этого переживания девочка стала вдруг проявлять ревностное честолюбие в школе.

Безусловно, оно было вызвано разочарованием ее потребности в любви, тем более болезненным, что у нее было не много возможностей к кому-нибудь привязаться. Отец ее был равнодушен к детям, а мать демонстративно предпочитала ей брата. Она испытывала не только разочарование; тяжело оскорблена была ее гордость. Она не понимала, что изменение поведения ее брата объяснялось попросту приближением половой зрелости.

Поэтому она страдала от стыда и унижения, тем более, что ее уверенность в себе и без того была не очень твердой. Прежде всего, мать ее не любила, что вызывало у нее ощущение собственного ничтожества, поскольку мать ее была красивая женщина, которой все восхищались; сверх того, брат не только был любимцем матери, но и пользовался ее доверием. Брак ее родителей был несчастлив, и мать обсуждала с братом все свои огорчения.

Таким образом, девочка была в полном пренебрежении. Она сделала еще одну попытку добиться нужной ей привязанности: влюбилась в мальчика, с которым встретилась на экскурсии вскоре после горестного эпизода с братом, пришла в сильное возбуждение и начала связывать с этим мальчиком радостные фантазии. Когда он исчез из поля зрения, она реагировала на это новое разочарование депрессией.

Как часто бывает в таких случаях, родители и домашний врач приписали ее состояние чрезмерной школьной нагрузке. Они забрали ее из школы, послали в летний оздоровительный санаторий, а затем перевели ее в младший класс. Именно тогда, в возрасте девяти лет, она проявила отчаянное честолюбие. Она должна была непременно быть первой в классе. И в то же время ее отношения с другими девочками, до того дружелюбные, стали явно портиться.

На этом примере видны типичные факторы, порождающие в совокупности невротическое честолюбие: сначала она чувствовала себя неуверенно, потому что была нелюбима; у нее возник значительный антагонизм, который она не могла выразить, потому что мать, доминирующая фигура в семье, требовала слепого восхищения; подавленная ненависть породила значительное беспокойство; ее самоуважение никогда не имело случая развиться, в нескольких случаях она была унижена, и переживание с братом наложило на нее тяжелый отпечаток; ее попытки добиться любви, как средства успокоения, не удались.

Невротические стремления к власти, престижу и обладанию служат не только защитой от беспокойства, но и каналом для разгрузки враждебности. Я рассмотрю сначала, каким образом каждое из этих стремлений доставляет особую защиту от беспокойства, а затем специфические пути, по которым оно высвобождает враждебность.

Стремление к власти служит прежде всего защитой от беспомощности, которая, как мы видели, является одним из основных элементов беспокойства. Даже отдаленная видимость беспомощности или собственной слабости вызывает у невротика столь тревожную реакцию, что он избегает ситуаций, вполне обычных для нормального человека, например, любого предложения руководства, совета или помощи, любого рода зависимости от лиц или обстоятельств, любой уступки другим людям или даже согласия с ними.

Протест против беспомощности не проявляется сразу же со всей силой, а нарастает постепенно; чем больше невротик ощущает обессиливающее его торможение, тем меньше он способен к действительному самоутверждению. И чем слабее он становится в действительности, тем более беспокойно он старается избегать всего, что хоть отдаленно напоминает слабость.

Далее, стремление невротика к власти должно закатить его от опасности почувствовать себя незначительным, или показаться незначительным в глазах. других. У невротика развивается жесткий и иррациональный идеал силы, внушающий ему представление, что он должен быть способен справиться с любой, сколь угодно трудной ситуацией, и притом сразу же справиться с нею. Этот идеал связывается с гордостью, вследствие чего невротик считает слабость не только опасностью, но и несчастьем. Людей он классифицирует на «сильных» и «слабых», первыми восхищается, а вторых презирает.

При этом он доходит до крайности в том, что считает слабостью. Он презирает в той или иной степени всех, кто с ним соглашается или уступает его желаниям, кто подвержен торможениям или не контролирует своих эмоций так внимательно, чтобы всегда сохранять бесстрастное выражение лица. Те же качества он презирает и в самом себе. Он чувствует себя униженным, если ему приходится признать беспокойство или торможение у самого себя; тем самым он презирает себя за то, что у него невроз, и старается держать это в тайне. Он презирает себя и за то, что не может сам справиться со своим неврозом.

Частные формы, которые принимает такое стремление к власти, зависят от того, какой недостаток силы вызывает у него больший страх или презрение. Я укажу несколько самых обычных выражений этого стремления.

В первом случае невротик хочет управлять и другими, и самим собой. Он хочет, чтобы происходило лишь то, что он сам затеял или одобрил. Это стремление к управлению может принимать смягченную форму, когда он на сознательном уровне предоставляет другим полную свободу, но настаивает, чтобы те сообщали ему все, что они делают, и негодует, если от него что-нибудь скрывают.

Тенденция к управлению может быть настолько подавлена, что не только сам невротик, но и окружающие его люди могут быть убеждены, что он весьма великодушно предоставляет им свободу. Если человек столь полным образом подавляет свое стремление к власти, он может однако, испытывать депрессию, головные боли или расстройство желудка каждый раз, когда его партнер встречается с другими друзьями или слишком поздно возвращается домой. Не понимая причины расстройства, он может приписать его дурной погоде, неправильному питанию или другой несущественной причине. Многие виды поведения, принимаемые за любопытство, мотивируются тайным желанием управлять ситуацией.

Другая установка, характерная для невротического стремления к власти, это желание всегда добиваться своего. Невротик может все время раздражаться, если другие не делают в точности то, что он хочет, или не точно в желательное для него время. С этим аспектом стремления к власти тесно связана установка нетерпения. Любая отсрочка, любое вынужденное промедление, даже из-за сигнала уличного движения, может стать причиной раздражения. Нередко невротик сам не отдает себе отчета в этой придирчивой установке, во всяком случае, в интенсивности ее проявления. И в самом деле, вовсе не в его интересах признать и изменить эту установку, потому что она имеет важные защитные функции. Ее не должны замечать и другие, поскольку он мог бы потерять в таком случае их привязанность.

Это непонимание имеет важные следствия в любовных отношениях. Если любовник или муж не вполне отвечает предъявляемым к нему требованиям, опаздывает, не звонит по телефону, уезжает из города, то невротическая женщина ощущает, что он ее не любит. Она не понимает, что это ощущение – просто реакция на неподчинение ее собственным желаниям, сплошь и рядом невысказанным, и истолковывает ситуацию как свидетельство своей ненужности. Это заблуждение, весьма распространенное в нашей культуре, в значительной мере способствует тому ощущению ненужности, которое часто оказывается решающим фактором невроза. Как правило, его перенимают у родителей.

Доминирующая мать, негодующая на непослушание ребенка, уверена в том, что ребенок ее не любит, и заявляет об этом другим. На этой основе часто возникает странное противоречие, которое может серьезно фрустрировать все любовные отношения. Невротическая девушка не может любить «слабого» мужчину, поскольку она презирает любую слабость; но она не может поладить и с «сильным» мужчиной, так как рассчитывает, что партнер всегда будет ей уступать. Таким образом, она втайне ищет себе героя, сверхсильного мужчину, который будет в то же время настолько слаб, чтобы беспрекословно уступать всем ее желаниям.

Другая установка стремления к власти – никогда не уступать. Согласиться с каким-нибудь мнением или принять какой-нибудь совет, даже если их надо признать правильными, значит проявить слабость, и самая мысль об этом вызывает возмущение. Люди, у которых сильно развита эта установка, имеют склонность отшатываться от предложенного и компульсивно становиться на противоположную позицию, из одного только страха кому-нибудь уступить.

Влияние стремления к власти на любовные отношения, о котором шла речь, позволяет полнее уяснить себе многие последствия невротической потребности в любви. Многие установки, входящие в стремление к любви, нельзя до конца понять, не разобравшись, какую роль играет в них стремление к власти.

Как мы видели, стремление к власти является защитой от ощущения беспомощности и собственной незначительности. Ту же функцию имеет стремление к престижу.

У невротика, входящего в эту группу, развивается настоятельная потребность производить впечатление на других, добиваться их восхищения и уважения. Он воображает, что произведет на них впечатление своей красотой, умом, или каким-нибудь другим выдающимся качеством; ему надо щедро тратить деньги, чтобы это бросалось людям в глаза; он должен все знать о новейших книгах и пьесах, должен быть знаком с выдающимися людьми. Кто не восхищается им, не может быть ему женой, другом, подчиненным по службе.

В чисто описательных целях такой характер можно было бы назвать нарцистическим. Но при динамическом рассмотрении этот термин вводит в заблуждение: хотя такой человек все время занят раздуванием своего эго, он делает это, главным образом, не из любви к себе, а пытаясь защититься от ощущения собственной незначительности и униженности или, в положительных терминах, пытаясь восстановить разрушенное самоуважение.

Чем дальше его отношения с другими, тем более может быть интернализована его потребность в престиже; в таких случаях она проявляется как стремление быть безупречным и замечательным в собственных глазах. Он испытывает как унижение любой, даже не явно выраженный, а смутно ощущаемый промах.

В нашей культуре можно также получить защиту от беспомощности и ничтожности, стремясь к обладанию имуществом, поскольку оно доставляет и власть, и престиж. Иррациональное отношение к. обладанию столь широко распространено в нашей культуре, что лишь сравнение с другими культурами позволяет понять, что это не общечеловеческий инстинкт, ни в виде инстинкта приобретения, ни в виде сублимации каких-либо биологически обусловленных побуждений. Даже в нашей культуре невротическое стремление к обладанию исчезает, как только уменьшаются или устраняются вызывающие его беспокойства.

Карен Хорни. Невротическая личность нашего времени




Одно мнение к “СТРЕМЛЕНИЮ К ВЛАСТИ И ПРЕСТИЖУ Желание господствовать, добиться престижа, приобрести богатство само по себе,…”

  1. Polina Somova

    И какое же стремление к власти не невротическое? Если ты чувствуешь себя беспомощным и из этого состояния начинаешь искать выходы, в том числе проявляя власть, там где можешь? Это невроз?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика