Тренинги Коуч Василий Данилов улучшай свою жизнь
full screen background image
Search
21 ноября 2026
  • :
  • :
Последнее обновление

С точки зрения объектных отношений патологическое развитие и идентификация могут иметь место у мальчика,…

С точки зрения объектных отношений патологическое развитие и идентификация могут иметь место у мальчика, когда существуют одновременно выраженная симбиотическая связь между матерью и ребенком и явная некомпетентность отца как позитивного «спарринг-партнера», так и супруга матери. Отсутствующая или сильно нарушенная сепарация-индивидуация этих детей приводит к отделению очень агрессивно нагруженной «плохой» части собственного Я, которую можно было бы охарактеризовать как «плохое автономное Я».

Из этого следует, что ребенок испытывает естественное стремление к автономии и необходимость освободиться от симбиоза с матерью. Когда мать противостоит этой потребности, вероятно, отчаянно нуждаясь в связи с ребенком, чтобы заполнить пустоту, оставшуюся по причине физического или эмоционального отсутствия отца, тогда та часть ребенка, которая стремится к автономии, воспринимается им как «угрожающая матери» и, следовательно, является «плохой».

Непригодность «плохого автономного ребенка» затем усугубляется, поскольку она также таит в себе агрессивное напряжение, возникающее в ребенке в результате посягательства на его автономию и «личную жизнь». В нормальных условиях есть отец, к которому ребенок может обратиться, когда его амбивалентные чувства к матери становятся слишком сильными для него.

Примером этого является маленький ребенок, который должен рано ложиться спать против своей воли и говорит своей матери: «Отец большой. Ему не надо рано ложиться спать!» Из этого можно сделать вывод, что отец находится уже на стадии проективной идентификации со стороны ребенка, стремящегося к самостоятельности («автономного собственного Я»). Другими словами, агрессивная нагрузка «плохого автономного ребенка» нивелируется или «детоксицируется» когда отец в фантазии ребенка одновременно является автономным и любящим по отношению к матери, и мать принимает это.

Моя гипотеза заключается в том, что именно этого не хватает отцам сексуальных преступников. Они не проявляют себя ни самостоятельными, ни любящими в своих отношениях с матерью ребенка. Следовательно, ребенок остается обремененным агрессивно нагруженным «плохим автономным собственным Я», которое в фантазии ребенка сильно угрожает «хорошему объекту», в данном случае матери.

Чтобы защитить «хороший объект» от нападения «плохого автономного Я», враждебно-зависимые отношения с матерью полностью интроецируются ребенком таким образом, что это взаимодействие впоследствии происходит между частями Эго этого ребенка, которые отождествляются соответственно с «плохим автономным ребенком» и «грустной матерью, брошенной ребенком». Кернберг описывает такой диадный интроект «родитель-ребенок» как «неметаболизированные интернализованные объектные отношения».

В рамках этого биполярного интроекта продолжаются атаки «плохого автономного Я» на «грустную мать», но ребенок теперь физически чувствует, что делает это с матерью. Эта депрессогенная диада «мать-ребенок» является производной от того, что Мелани Кляйн назвала «депрессивной позицией». Непрерывное воздействие со стороны матери и ее интрузивное и, возможно, соблазняющее поведение приводит к трансформации части собственного Я в «плохого инцестуозного ребенка», что формирует источник тяжелой психопатологии на более поздних этапах жизни, если только он не детоксицируется или не нейтрализуется положительной идентификацией с отцом.

Карола Ленэке — Сексуальные преступления и симбиотические отношения: научное психоаналитическое исследование




2 мнения к “С точки зрения объектных отношений патологическое развитие и идентификация могут иметь место у мальчика,…”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика