Тренинги Коуч Василий Данилов улучшай свою жизнь
full screen background image
Search
20 ноября 2026
  • :
  • :

КОНЦЕПЦИЯ ПЕРВОСЦЕНЫ В психоанализе первосцена (первичная сцена)— это теория о первоначальной бессознательной фантазии ребёнка…

КОНЦЕПЦИЯ ПЕРВОСЦЕНЫ

В психоанализе первосцена (первичная сцена)— это теория о первоначальной бессознательной фантазии ребёнка о половом акте между родителями, которая организует психосексуальное развитие этого ребёнка.

Выражение «первичная сцена» относится к наблюдению за сексуальными отношениями между родителями, которые ребёнок видит, представляет или фантазирует о них и интерпретирует как сцену насилия. Согласно теории, ребёнок не понимает эту сцену, она остаётся для него загадкой, но в то же время вызывает сексуальное возбуждение.

Впервые этот термин появился в опубликованной работе Фрейда по поводу случая с «Человеком-волком» (1918b [1914]), но понятие сексуальной памяти, пережитой слишком рано, чтобы быть переведенной в словесные образы, и, следовательно, способной вернуться в виде симптомов конверсии или навязчивых идей, было частью его мышления еще в 1896 году [о чем свидетельствует его письмо от 30 мая того же года к Вильгельму Флиссу, где он упоминает «избыток сексуальности», который «препятствует переводу» (1950a, стр. 229-230 )].

Здесь Фрейд уже близок к модели травмы и её «отсроченному» эффекту. В следующем году, в письме к Флиссу от 2 мая, Фрейд впервые использует термин Urszene и называет приблизительный возраст, когда, по его мнению, дети могут «слышать вещи», которые они поймут только «впоследствии», — шесть или семь месяцев. Тема наблюдения ребёнком за родительским совокуплением также поднималась, хотя и в отношении более взрослого ребёнка, в случае «Катарины» в «Исследованиях истерии» (1895d), и Фрейд снова обратился к ней в «Толкование сновидений», с фантазией молодого человека, которому приснилось, что он наблюдает за совокуплением своих родителей, пока находится в утробе матери.

Фрейд упорно пытался понять, была ли первосцена фантазией или чем-то, что действительно произошло; прежде всего он уделял всё больше внимания тому, как ребёнок интерпретирует эту сцену в своих фантазиях как насилие, которому отец подвергает мать. В своей работе «О сексуальных теориях детей» (1908c, стр. 221) он зашёл так далеко, что нашёл оправдание тому, что он назвал «садистской концепцией полового акта». Он предположил, что, хотя ребёнок может преувеличивать, восприятие реального отвращения к половому акту со стороны матери, опасающейся очередной беременности, может быть вполне точным. Однако в случае с «Маленьким Гансом» насилие объяснялось запретом: Ганс считал, что это аналогично «разбиванию оконного стекла или проникновению в закрытое помещение» .

Если рассматривать первичную сцену как реальное событие, а не как чистую фантазию, реконструированную в ретроспективе (как в случае с «ретроспективной фантазией» Карла Юнга), она оказывает гораздо более сильное травмирующее воздействие, и это заставляет Фрейда настаивать на «реальности» таких сцен, возвращаясь к спору о «реальности», основанной на событиях (или «исторической»), и психической реальности.

По мнению Фрейда, дело было не только в том, что техника психоанализа требовала относиться к фантазиям как к реальности, чтобы придать их воспроизведению всю необходимую силу, но и в том, что многие «реальные» сцены были доступны не через воспоминания, а только через сновидения. Была ли сцена сконструирована из элементов, наблюдавшихся в другом месте и в другом контексте (например, совокупление животных, перенесенное на родителей); воссоздана на основе улик (таких как окровавленные простыни); или действительно наблюдалась непосредственно, но в возрасте, когда в распоряжении ребенка еще не было соответствующих вербальных образов; принципиально не меняло основных фактов дела: «Я намереваюсь в этом случае, — писал Фрейд, — завершить обсуждение реальности первичной сцены non liquet» (1918b, стр. 60).

Взгляд Мелани Кляйн на первичную сцену отличался от взглядов Фрейда, поскольку там, где Фрейд видел загадочное восприятие насилия, она видела проективные фантазии ребёнка. Кляйн считала, что любопытство ребёнка впервые пробуждается первичной сценой и что обычно ребёнок испытывает одновременно возбуждение и отчуждение от первичной сцены. Сексуальные отношения между родителями, которые в фантазиях представляются непрерывными, также являются основой «фигуры объединённых родителей», когда мать и отец воспринимаются как находящиеся во взаимном (но исключающем друг друга) удовлетворении.

В то время как Кляйн делала акцент на том, как младенец проецирует враждебные и разрушительные тенденции на первичную сцену, где мать изображается такой же опасной для отца, как и отец для неё, более поздние последователи Кляйн, такие как Джон Штайнер, подчёркивали творческий аспект первичной сцены и необходимость в анализе преодоления разделения её образа на любящую пару, с одной стороны, и объединённую родительскую фигуру, охваченную ненавистью, с другой.

Первосцена неотделима от сексуальных теорий детства, которые она помогает создавать. Это тревожное представление, которое одновременно признаёт и отрицает знакомые черты родителей, исключает ребёнка, даже когда оно касается его, как свидетельство либидинозного возбуждения, которое ребёнок испытывает в ответ. Отто Фенихель подчёркивал травмирующую природу чрезмерного возбуждения, которое испытывает ребёнок и которое он не в состоянии переработать, — то, что он называл «подавляющим неизвестным».

Особенность первичной сцены заключается в том, что субъект одновременно и противоречиво переживает появление неизвестного в знакомом мире, с которым его связывают жизненно важные потребности, ожидания удовольствия и образ самого себя, который он в нём видит. Отсутствие общего знаменателя между эмоциональным и психосексуальным опытом ребёнка и словами, которые могли бы описать первичную сцену, создаёт пропасть, которую пытаются преодолеть сексуальные теории детства. Садистское прочтение этой сцены объединяет детское любопытство как к началу, так и к концу жизни в представлении, в котором смерть и жизнь действительно сливаются воедино.

Филлис Гринэйкр — Первичная сцена и чувство реальности




Одно мнение к “КОНЦЕПЦИЯ ПЕРВОСЦЕНЫ В психоанализе первосцена (первичная сцена)— это теория о первоначальной бессознательной фантазии ребёнка…”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика