ЧУВСТВО НЕСПРАВЕДЛИВОСТИ И ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ЯД
В детстве мы усваиваем, что чужие мнения очень важны. В результате наша жизнь определяется мнениями окружающих. Чужое мнение может повергнуть нас в пучины ада, даже если мнение это совершенно ошибочно: «Ты уродина. Ты не прав. Ты глупый». Мнения оказывают огромное влияние на бессмысленные поступки людей, живущих в аду. Вот почему нам так хочется слышать от других, какие мы хорошие, как хорошо мы себя ведем, какие мы красивые. «Как я выгляжу? А хорошо ли я сказал? Нравится ли вам то, что я делаю?»
Нам необходимо слышать мнения других людей, поскольку мы одомашнены и подчиняемся этим суждениям. Вот почему мы стремимся завоевать чужое признание: нам нужна эмоциональная поддержка извне, нам хочется влиться во внешний Сон с помощью окружающих людей. По этой причине подростки начинают пить спиртное, принимать наркотики или курить — все лишь ради того, чтобы получить признание тех, кто это одобряет, только для того, чтобы их считали «своими» и «крутыми».
Глядя на детей, вы сами можете удостовериться, что именно мы лишаем их подлинной любви и свободы. Обычная картина: двух- или трехлетний ребенок бегает по парку и веселится. Рядом мамочка, она присматривает за своим чадом и ужасно боится, что он упадет и ударится. Наконец она решает, что пора это прекратить, но малыш думает, будто мама просто играет, — и он пускается убегать от нее со всех ног. Неподалеку улица, там ездят машины, и теперь мамочка пугается уже всерьез. Она ловит малыша, тот хохочет — но получает шлепок по попке. Вот так! Какое потрясение! Радость ребенка была искренним выражением переполняющей его любви, и сейчас он просто не понимает, почему мама так поступила. Со временем подобные потрясения постепенно ослабляют его любовь. Говорить малыш еще не умеет, но если бы умел, то спросил: «За что?»
Игры и веселье — это проявления любви, но открыто выражать любовь небезопасно, за это наказывают. Родители могут поставить тебя в угол или запретить делать то, что тебе хочется. Они начнут объяснять, что ты плохой ребенок, а от этого сразу расстраиваешься, ведь за такими словами следует наказание.
В системе кнута и пряника есть ощущения справедливости и несправедливости, честного и нечестного. Чувство несправедливости — все равно что нож, оставляющий в разуме эмоциональную рану. Затем, вследствие нашей реакции на несправедливое отношение, в рану может попасть эмоциональный яд. Почему некоторые раны гноятся? Давайте разберемся на другом примере.
Представь себя двух-трехлетним малышом. Ты счастлив, ты играешь и с увлечением познаешь мир. Ты еще не знаешь, что такое хорошо и что такое плохо, что правильно, а что ошибочно, что следует делать и как вести себя нельзя. Ты еще не приручен. Ты играешь в гостиной всем, что под руку попадется. У тебя нет никаких дурных намерений, ты вовсе не хочешь что-нибудь сломать, — ты просто играешь с папиной гитарой. Для тебя это только игрушка, ты совсем не намерен огорчать папу. А у него, как назло, выдался денек из тех, когда все наперекосяк, на работе сплошные сложности. Тут он появляется в гостиной и видит, что ты играешь его вещами. Он мгновенно выходит из себя, хватает тебя за шиворот и отшлепывает.
С твоей точки зрения, это полная несправедливость. Отец только-только вошел — и сразу набрасывается в припадке гнева. И это тот, кому ты целиком и полностью доверяешь, ведь он твой папа, обычно он тебя защищает, разрешает играть, позволяет тебе быть самим собой! Но теперь случилось что-то непостижимое. Чувство несправедливости отдается душевной болью. А ты чувствительный, тебе больно — и ты плачешь. Но плачешь ты не просто от физической боли. Тебе не столько больно, сколько обидно. Несправедливой кажется именно эмоциональная жестокость. Ты не сделал ничего плохого!
Чувство несправедливости оставляет в разуме рану. Эмоциональное тело ранено, и в этот самый миг ты теряешь часть былой невинности. Ты понимаешь, что отцу не всегда можно доверять. Ты сознаешь это не умом, потому что твой ум еще не привык рассуждать. Ты просто понимаешь: «Не всегда можно доверять». Эмоциональное тело подсказывает, что есть на свете нечто такое, чему нельзя доверять, ведь случившееся может повториться.
Твоей реакцией может стать страх, злость, стыд или просто рыдания. Но любая такая реакция — эмоциональный яд. Нормальная реакция до «одомашнивания» такова: если папа тебя шлепает, тебе хочется дать сдачи. И ты даешь сдачи или только замахиваешься, но от этого отец впадает в еще большую ярость. Попытка поднять руку на отца приводит лишь к тому, что наказание становится еще суровее. Теперь ты понимаешь, что он тебя просто прибьет. Теперь ты боишься его и уже не пытаешься защищаться, потому что знаешь: от этого будет только хуже.
Ты по-прежнему не понимаешь, что случилось и почему, но сознаёшь, что отец способен тебя убить. От этого в разуме появляется пылающая болью рана. Прежде твой ум был здоров, ты был невинен. После такого события рассудок стремится обработать случившееся. Ты учишься реагировать на подобные происшествия определённым способом — у каждого он свой. Пережитое остаётся с тобой навсегда и меняет твои взгляды на жизнь. Тем более что случается это вновь и вновь. Ты терпишь несправедливое отношение со стороны матери и отца, братьев и сестер, тётушек и дядюшек. Ты сталкиваешься с ним в школе, в обществе, в обычном общении. И каждый приступ страха учит тебя защищаться, но уже не так, как до приручения, когда ты отстаивал свои права и возвращался к весёлым играм.
Мы хорошо помним, что во многих случаях всё было замечательно: мама и папа были добры к нам, в отношениях царила гармония. Мы стремимся к этой гармонии, но не знаем, как её добиться. И поскольку мы замкнуты в своём пузыре восприятия, нам кажется, будто всё, что происходит вокруг, связано с нами. Мы уверены, что, если папа и мама ссорятся, это из-за нас, даже если на самом деле не имеем к этому никакого отношения.
Мало-помалу мы теряем изначальную невинность, всё чаще чувствуем возмущение, всё реже прощаем обиды. Со временем конфликты и несправедливое отношение заставляют нас поверить, что быть таким, какой ты есть, просто небезопасно. Конечно, всё это происходит по-разному для каждого человека, так как зависит от его умственных способностей, уровня образования и многих других условий. Если повезёт, одомашнивание будет не очень сильным. Однако порой приручение проводится настолько жёстко, а нанесённые раны так глубоки, что человек боится лишнее слово сказать. Что в результате? Закрытость, стеснительность. Стыдливость — это боязнь свободно выражать свои желания. Да, можно твердить себе, что ты просто не умеешь танцевать или петь, но это лишь подавление естественного человеческого инстинкта проявлять свою любовь.
Страх — вот главное средство приручения. Каждый случай несправедливого отношения усиливает страх. Чувство несправедливости — это нож, оставляющий раны в эмоциональном теле. Эмоциональный яд, в свою очередь, — это наша реакция на то, что мы считаем несправедливостью. Одни раны заживают, но другие заражаются ядом, причём яд этот накапливается. Когда эмоционального яда становится слишком много, возникает потребность избавиться от него, — и мы делаем это, «передавая» отраву кому-то другому. Как именно это происходит? Прежде всего, мы завладеваем чужим вниманием.






Простенько и со вкусом о социальной адаптации…