РЕВНОСТЬ И СТРАХ БЫТЬ ПОКИНУТЫМ
С ревностью связан глубокий страх быть покинутым в ситуации, когда человеку срочно нужен другой человек, то есть страх быть оставленным в одиночестве. Такие ситуации могут активировать страхи раннего детства, ситуации покинутости, в которых ребенок еще не мог или не умел подойти к другому человеку, чтобы прекратить покинутость или хотя бы ослабить ее. Если в приступе ревности страх быть покинутым выходит на первый план, то вместе с ним часто заново оживает трудный детский опыт, страх быть разрушенным, страх полной беспомощности. Для защиты от этих страхов возникают гнев и разрушительность. Эти реакции происходят несмотря на то, что в жизни взрослого человека есть возможности так или иначе возобновить контакты после утраты, поэтому человек снова оказывается беспомощен, как малыш.
Ощущение покинутости — и иногда связанная с ним печаль — часто описывают в рассказах о ревности как утрату чувства принадлежности. Это особенно явно происходит, если любимый объект был единственным по-настоящему близким человеком, к которому можно было обратиться в трудный жизненный момент, когда становится страшно. В ситуации ощущения себя под угрозой одновременно переживается потеря того, к кому человек испытывает привязанность — то есть человек переживает двойной страх.
Несомненная принадлежность кому-то или даже чему-то ставится под вопрос в ситуации, вызванной ревностью. Ощущение принадлежности является важной основой социальной идентичности и базовой потребностью человека. Изгнание, исключенность переживается как угроза собственной идентичности и воспринимается особенно тяжело, если человек, возбуждающий ревность, является не только единственным, к кому переживается чувство привязанности, но и проявляет по отношению к ревнивцу тенденции к отталкиванию, например, потребность в большей дистанции, но об этом не говорится.Особенно трудным это является для людей, которые могут ощущать свою принадлежность только в том случае, если это эксклюзивные отношения в паре.
Иногда доминирует страх быть покинутым, исключенным и, возможно, оставленным в одиночестве; иногда нарциссическая рана возникает оттого, что человек перестал быть самым важным, самым лучшим для другого человека, или даже перестал быть любимым. Многие ревнивые реакции являются следствием нарциссической раненности.
Ревность мало взаимосвязана с любовью, хотя мы ревнуем тех, кого, по нашему мнению, любим, а также тех или то, что важно для нас. Впрочем, любовь ли это, — еще вопрос. Очень ревнивый человек редко бывает тем, кто любит, обычно должны любить, прежде всего, его самого. Ему необходимо внешнее подтверждение, что он достоин любви, важен и значим. Если зависть указывает на нехватку разнообразия в нашей личности и на необходимую коррекцию представления о себе, то ревность указывает на низкую самооценку, на отсутствие убежденности в том, что человек заслуживает любви других и своей собственной.
Ошибочное восприятие может состоять в том, что человек чувствует себя достойным любви, только если он единственный любимый человек, самый первый, самый лучший. Проблематичная самооценка может быть актуальной: временно человек не чувствует себя достойным любви — например, когда у него есть бессознательное желание расстаться, — затем он снова становится убежден, что достоин любви. Однако может присутствовать стойкое убеждение, что человек вообще не достоин любви. Оно может возникнуть, если человек неоднократно переживал «свержение с трона», неудачи, и в результате у него возникло ожидание, что он всегда на втором месте — и поэтому он как бы получает сообщение, что он не очень заслужил любовь; такая убежденность может закостенеть и стать некорректируемой.
Все авторы, которые занимались темой ревности, утверждают, что за ревностью стоит проблематичная самооценка. В этой связи мне представляется особенно интересной статья Альфреда Адлера, которую обнаружила Кристина Погожельски-Оэртли124 и включила в свою монографию о ревности. Адлер описывает ревность как «аномальное стремление полностью владеть любимым человеком». Тут уже все средства хороши: сцены, слезы, шпионаж, нервные припадки, подозрения и многое другое.





