Тренинги Коуч Василий Данилов улучшай свою жизнь
full screen background image
Search
21 ноября 2026
  • :
  • :
Последнее обновление

#онкология #поликлиника Онколог Полина Шило о российской онкологии: «Врачи уже привыкли лечить пациентов по…

#онкология #поликлиника
Онколог Полина Шило о российской онкологии: «Врачи уже привыкли лечить пациентов по протоколам 20-летней давности и не хотят иначе…Я уверена, что если сейчас вдруг государство выделит огромные деньги на онкологию, то это не улучшит ситуацию радикально, потому что в стране мало специалистов, которые знают, как нужно наладить онкологическую службу и распределить ресурсы грамотно».

О сложностях работы врача-онколога в поликлинике онколог рассказала сетевому изданию «Газета.ру».
Полина Шило известна как популяризатор доказательной медицины. В настоящее время является программным директором Высшей школы онкологии.

В поликлиниках по всей России не хватает около двух тысяч врачей-онкологов — это следует из данных Минздрава. В нескольких регионах работают не более 10 специалистов этого профиля. «Газета.Ru» поговорила с экспертом о том, почему онкологи в поликлиниках чувствуют себя «бездушными машинами», а лечение даже в столичном онкоцентре не гарантирует качественный результат и когда жизненно важно сэкономить время, а не деньги.
В первичном звене российского здравоохранения наблюдается дефицит специалистов по профилю «онкология» — в поликлиниках не хватает около двух тысяч врачей, сообщил накануне главный внештатный онколог Минздрава России Андрей Каприн.

«По данным Министерства здравоохранения РФ, на сегодняшний день отмечается дефицит врачей-онкологов в поликлиниках — 1 тыс. 987 человек», — сказал он на пресс-конференции 3 февраля.

По данным статистического сборника ведомства, в 2018 году в государственных клиниках девяти российских субъектов работали меньше 20 врачей-онкологов.

Менее всего специалистами обеспечен Ненецкий автономный округ с населением 44 тыс. человек — там в первичном звене работал лишь один онколог. В Чукотском автономном округе (49 тыс.) — три врача этого профиля, в Республике Алтай (218 тыс.) – шесть. В Еврейской автономной области на 162 тыс. человек приходилось девять онкологов в поликлиниках, в Республике Калмыкия (275 тыс.) и Магаданской области (144 тыс.) — по 12 специалистов.

Онколог и программный директор Высшей школы онкологии Полина Шило в разговоре с «Газетой.Ru» отметила, что хотя профессия онколога первичного звена в России неплохо оплачивается, есть набор факторов, которые заставляют молодых людей не выбирать эту специальность.

«Это не очень престижно — я имею в виду именно работу районным онкологом. Обычно выпускники медвузов хотят идти работать в стационар — химиотерапевтом или оперирующим хирургом. В поликлиники часто устраиваются от безысходности, когда не удалось получить должность в другом месте», — отмечает эксперт.

По словам Шило, онкологи в поликлиниках, которые рассказывают ей о своей работе, ощущают себя «продлевателями больничных» и «бездушными машинами», которые перераспределяют поток пациентов и не принимают абсолютно никаких клинических решений. Между тем люди, которые решают посвятить себя медицине, хотят лечить, в не выписывать справки.

«На практике у районного онколога не оказывается полномочий, чтобы лечить пациента. В лучшем случае он помогает поставить диагноз, а затем не получает никакой обратной связи», — говорит Шило.

Районные онкологи, которые и задействованы в первичном звене, испытывают на себе все недостатки системы здравоохранения. Так, для диагностики онкологического заболевания врач направляет пациента на компьютерную томографию или МРТ. Очередь на такие исследования может занимает месяц или полтора: это не только задерживает постановку диагноза, но и приводит к тому, что свое недовольство в этот период пациент вымещает на онкологе.
«Сам врач не виноват в очередях. Пациент, конечно, может сделать анализы в платной клинике, но районный онколог не имеет права этого рекомендовать — медицина у нас бесплатная. Если медик неаккуратно посоветует обратиться в платную клинику для диагностики и пациент на него пожалуется (на что имеет полное право), то у того могут возникнуть правовые проблемы», — поясняет Шило. Она добавляет, что очереди на обследования связаны с нехваткой специалистов, финансирования и неразумным использованием уже имеющихся ресурсов или оборудования.

При этом этап постановки диагноза — один из важнейших в лечении рака. Из-за очередей, а также недостатка специалистов с момента подозрения на онкологическое заболевание до начала лечения может пройти несколько месяцев.

«Пока ситуация с диагностикой не сдвинется с мертвой точки, говорить о каком-то прорыве в лечении онкологических заболеваний рано», — уверена онколог.

Специалист соглашается, что сейчас в России система лечения онкозаболеваний качественнее всего поставлена Москве и Санкт-Петербурге.

Однако даже нахождение пациента в одной из двух столиц не гарантирует идеальное лечение. Как отмечает Шило, на практике успех лечения зависит от конкретного врача, к которому попал пациент, а не от медучреждения в целом.

«Например, медик, который составляет маршрутную карту для пациента еще на стадии подозрения на онкологию, может сказать человеку, что в такой-то клинике работает хороший лучевой диагност, а в другой — хороший патоморфолог. А если не повезет, то даже попадание пациента в московский онкоцентр не гарантирует, что ему предоставят адекватную помощь», — предупреждает эксперт.

С ней соглашаются коллеги: исполнительный директор Фонда профилактики рака Илья Фоминцев в 2018 году отмечал, что по его опыту лишь 10% онкоцентров в нашей стране предоставляют качественное лечение на всех этапах.

По мнению собеседницы «Газеты.Ru», основная причина плачевной ситуации с лечением онкологических заболеваний — в нехватке практикующих специалистов, которые могут грамотно научить ординаторов. Еще одна проблема в образовании — незнание английского языка и, как следствие, неспособность врачей следить за развитием науки. Между тем на международном уровне онкология развивается очень быстро. Например, Американское общество онкологии обновляет клинические рекомендации каждые три месяца.

«Есть и отечественные рекомендации, которые обновляются каждый год, — даже их многие специалисты не изучают. Так получается, что врачи уже привыкли лечить пациентов по протоколам 20-летней давности и не хотят иначе. Эту систему надо медленно реформировать, потому что проблема в головах людей, — подчеркивает Шило. — Я уверена, что если сейчас вдруг государство выделит огромные деньги на онкологию, то это не улучшит ситуацию радикально, потому что в стране мало специалистов, которые знают, как нужно наладить онкологическую службу и распределить ресурсы грамотно».
https://www.gazeta.ru/social/2020/02/04/12943123.shtml

Высшая школа онкологии ( ВШО https://hso.nenaprasno.ru/ ), которую представляет Полина Шило
— это большой образовательный проект, созданный по инициативе онколога и выдающегося медицинского просветителя Ильи Фоминцева (к сожалению, роль этого человека в деле модернизации образования врачей-онкологов в России скорее всего будет по настоящему оценена лишь спустя десятилетия). Цель ВШО – создать новое поколение онкологов, способных привнести в отечественную медицину современное представление о профилактике, диагностике и лечении рака и изменить онкологическую службу России к лучшему.
Образовательная программа ВШО построена таким образом, чтобы воспитывать именно врачей, которые будут работать в русле доказательной медицины, а не приверженцев древней «медицины авторитетов» (т.е. отсталых врачей — привыкших верить профессорам и академикам только потому — что те являются профессорами и академиками).

Чтобы понять, на каких принципах воспитывают врачей в ВШО — читайте наш собственный материал:
Почему нормальный врач не должен верить профессорам, академикам и Hобелевским лауреатам ( https://vk.com/wall-136637198_33336 ).

А как именно НE ВОСПИТЫВАЮТ врачей-онкологов в ВШО Вы можете узнать вот из этого материала:
Онколог Илья Фоминцев — рассказал о том, как в российской онкологии научно-медицинские споры «решаются на понтах, авторитете и связях». Интервью на темы: как обучить вчерашних студентов онкологии (с позиций доказательной медицины) и о недостатках нашего медицинского образования. ( https://vk.com/wall-136637198_13492 ).

Просветительский портал «Медач» подготовил материал, наглядно показывающий, как обучение в ВШО меняет у врачей представление о медицине и жизни в целом.
Это — истории некоторых выпускников.
https://medach.pro/post/2131




8 мнения к “#онкология #поликлиника Онколог Полина Шило о российской онкологии: «Врачи уже привыкли лечить пациентов по…”

  1. Igor Larin

    «Врачи уже привыкли лечить пациентов по протоколам 20-летней давности и не хотят иначе…» — в этом и беда!!! Только стоит писать не о онкологии, а в принципе о медицине — рядовые врачи используют все те же, устаревшие протоколы, а как результат, не всегда корректно поставленный диагноз и лечение. Грустно!

  2. Convallaria Majalis

    что за “не хотят?” Привлекайте кадры, отправляйте их на качественную учебу новым методам в ведущие федеральные центры, снабдите их лабораториями, аппаратами, включенными в современные рекомендации, составьте вменяемые алгоритмы ведения и ситуация сразу поменяется. Почему хотят свалить это все на голый энтузиазм абстрактного врача?

  3. Alexey Tamchuk

    Группу молодых специалистов с огоньком и знанием языка отправить на стажировку в страны преуспевшие , потом вернуть, если получится, отрасль шагнет вперёд на десяток лет. Вариант второй. Провести рекрутинг специстов , эффективных менеджеров из тех стран. Конечно, на все придется выделять не малые деньги и контролировать. Есть один негативный момент . После этого многие специалисты уже не смогут конкурировать и могут не найти себе предназначение. Будут списаны по проф непригодности.

  4. Alexander Prokazov

    1. «Я уверена, что если сейчас вдруг государство выделит огромные деньги на онкологию, то это не улучшит ситуацию радикально»(с) Это верно и касается любой медицинской специальности. Только ничего выделено не будет и уважаемая коллега прекрасно знает почему, как и мы все. Более того, работать ХОРОШО стало в нашей медицине опасно и многие коллеги это отлично понимают.

    2. Вопрос выживания в медицине как в отрасли заключается не только в том, по каким протоколам ты лечишь, а в том, как ты пишешь медицинскую документацию и попадёшь или нет под раздачу, при этом не надо быть экстрасенсом, чтобы понять что в ургентных специальностях попасть под топор намного легче + психологически тяжелее работать, так что с высоким уровнем вероятности можно предположить, что достаточного уровня специалистов не будет.

    3. Всё, что написал, пишет и напишет в будущем Илья Фоминцев никогда не вызовет такого резонанса, как его статья о 100 тысячах провинциальных врачей, не знающих английского языка и полность заслуживающих свою нищенскую зарплату.

  5. Alexander Kurkov

    Тут за МКАДом люди на таком древнем оборудовании работают! Иммуногистохимия есть только в отдельных центрах. Книги по онкопатологии стоят кучу денег или их надо умудряться скачивать. О чем мы говорим, если у нас есть несколько элитных центров и полный звездец в остальной стране??!

  6. Anna Gerasimova

    Доказательная медицина не может добиться доказательными кардинальными способами высокого уровня обеспечения. Где собака зарыта? В могиле очередного покойника.

  7. Anna Abramova

    Причём здесь английский язык. Медицина в Рф работает по протоколам. Шаг вправо, влево. Штраф. Врач может учитаться современными заграничными способами лечения и о новых медикаментах. Они сертифицированы в РФ? Никто из врачей не имеет право отклониться от стандартов Минздрава. При чем тут врачи, я не понимаю. Какой министр, так и лечат.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика