ЭТИЧЕСКИЙ ЭПИСТЕМОЛОГИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ПОНИМАНИЮ КУЛЬТУРЫ И ИДЕНТИЧНОСТИ
Подобные исследования, которые фокусируются на внутригруп-
повых сходствах, а также на различиях между целевыми и доминантными/агентными группами, называют этической эпистемологией.
Этические стратегии познания — это стратегии, которые подчеркивают якобы объективный сбор информации о группе на основе анализа, разработанного учеными, интеллектуально позиционирующими себя вне группы. В качестве примера, в “Справочнике по психотерапевтической работе с баджорцами” этические знания, которые были предоставлены о членах целевых групп, относились к тому, как они вписываются или не вписываются в диагностические категории доминантной/
агентной культуры и как они реагируют или не реагируют на традиционные, доминантные/агентные культурные подходы к психотерапии.
(Баджорцы — это этническая группа из телесериала Звездный путь: глубокий космос 9. Как и многие другие целевые группы Земли, они имеют историю колонизации, угнетения и сопротивления. Это отличный выдуманный пример для реальной целевой группы. Их колонизаторы и угнетатели, кардассианцы, выступают в качестве выдуманной замены для доминантных/агентных групп.)
Культурная компетентность в рамках этой этической эпистемологии различий препятствует смирению. Клиницисты должны приобретать большое количество информации о конкретных группах, разрабатывать наборы клинических правил и алгоритмов для работы с пациентами, которые являются членами группы. Этические эпистемологии и вытекающие из них научные исследования имели тенденцию преуменьшать внутригрупповые различия. Они подчеркивали однородность групп и выделяли различия между целевыми и доминирующими группами. В исследованиях предполагалось, что принадлежность к конкретной группе — всегда основной и главный компонент идентичности индивида, а принадлежность к целевой группе — это относительно фиксированная, а не переменная категория опыта. Таким образом, компетентный специалист в этой модели будет иметь конкретные границы своей компетентности. Например, он сможет хорошо
работать с баджорцами, но не с клингонцами.
Этические модели культурной компетентности были важными
и необходимыми при корректировке состояния в психиатрических
дисциплинах в эпоху, когда все нормы поведения беспрекословно
определялись доминантной/агентной группой. Они были ценным
и незаменимым начальным шагом для продвижения этих дисциплин и специалистов в этих областях к способности работать с людьми из всего спектра человеческого опыта, подчеркивая тем самым все многообразие человеческого опыта и разнообразие проявлений психологического дистресса и поведенческой дисфункции.
Однако этические модели также сталкивались с проблемами в не-
которых аспектах. Проблемы были связаны с тенденцией к усилению самоощущения клинициста как эксперта в результате приобретения специальных знаний, а также как авторитетного источника информации о культурных переменных, присутствующих в проблемах пациента.
Смирение никогда не было ценностью этих моделей, как и осознание экзистенциальных, духовных и смыслообразующих систем пациента. Клиницист, прочитав “Справочник”, предполагал, что знает что-то о баджорском пациенте, и на самом деле, возможно, даже больше, чем сами баджорские пациенты. Также проблемы были с неоспоримыми предположениями о ценности диагностических категорий и практик доминантной/агентной культуры.
Этические модели просто демонстрировали в основном, как до-
минантные/агентные категории анализа дистресса часто плохо
применимы к членам некоторых целевых групп. Они не поднимали
фундаментальные вопросы о внутренней ценности диагнозов или
терапевтических стратегий, которые могли повлиять на работу со
всеми пациентами. Был создан концептуальный тренд, при котором процветала литература о “разнообразных группах населения”. Но она не оказывала большого влияния на доминирующую культуру психиатрических дисциплин. Клиницист приобретал определенный набор информации, чтобы стать компетентным в лечении баджорцев, только если он был заинтересован в работе с баджорцами. Саму культурную компетентность определяли, как тип особого фокуса
в работе клинициста, с подкатегориями “специалист по баджорцам” и “специалист по клингонцам”. Таким образом создавались все более узкие направления предполагаемого опыта.
Этические модели также привели к еще одному печальному ряду
непредвиденных последствий. Был создан стандарт для определения компетентности, основанный на приобретении специальных знаний.
Многие клиницисты, которые не хотели улучшать знания и умения
для работы с определенной группой населения, признали себя не-
компетентными для работы с представителями большинства целевых групп. Пытаясь работать этично, эти клиницисты отказались от работы с представителями целевых групп. Ведь они чувствовали себя некомфортно. А в некоторых случаях стыдились того, что не владеют правильной информацией. Как будет сказано далее в этой главе, фактическая и эмоциональная отрешенность, а также чувство стыда за различия среди членов доминантных/агентных групп, часто подпитывают неосознанные предубеждения. Они сами по себе делают развитие культурного смирения и духовной осознанности более сложным.





