Тренинги Коуч Василий Данилов улучшай свою жизнь
full screen background image
Search
21 ноября 2026
  • :
  • :
Последнее обновление

ДВОЙНОЕ ПОСЛАНИЕ Двойное послание — это функционирующий в триадно-нарциссической семье классический механизм, вызывающий бессилие….

ДВОЙНОЕ ПОСЛАНИЕ

Двойное послание — это функционирующий в триадно-нарциссической семье классический механизм, вызывающий бессилие. Этот механизм срабатывает, когда явные сообщения (слова) противоречат невербальным или неявным. На когнитивном уровне человек принимает вербальное сообщение, а тело при этом регистрирует противоречащее вербальному знаку скрытое сообщение. Невербальные сообщения передаются через выражение лица, интонацию и жесты.

Если ребенок слушает слова родителей, но отрицает аффективную реакцию своего тела на то, что он слышит, родители принимают его. Но если он следует своей аффективной реакции и не слушает своих родителей (т. е. не верит им, тем самым поддерживая связь со своей собственной внутренней реальностью), родители начинают стыдить его.Будучи получателем этого парадоксального сообщения, он не имеет права выходить за рамки сообщения из-за зависимости, встроенной в отношения. Он не может ничего сообщить об этом парадоксе, потому что будет чувствовать себя наказанным за свое восприятие.

Адаптируя концепцию двойного послания к репаративной терапии, мы начинаем видеть, откуда проистекает позиция ожидания стыда, которая столь характерна для гомосексуальных клиентов. Двойное послание способствует разобщению или «разобщенности» разума и тела, что мы и встречаем почти повсеместно у наших клиентов.Отключение от аффективной жизни. Разрушительный результат коммуникации в условиях двойного послания состоит в том, что она наносит серьезный ущерб аффективной жизни получателя. Он приучается не доверять своему внутреннему восприятию и становится склонным к тому, чтобы прерывать эмоциональные отношения из-за стыда.

Бейтсон с соавторами (Bateson et al., 1956) впервые описали структуру двойного послания этой парадоксальной коммуникации. Бейтсон предлагает такой пример: один человек утверждает что-то другому, затем он утверждает что-то о своем же утверждении, но эти два утверждения являются взаимоисключающими — и невысказанное сообщение состоит в том, что другой человек не должен комментировать (или даже признавать) этот парадокс.Мы считаем, что это общение в рамках двойного послания создает интрапсихическое разъединение (когнитивного левого полушария мозга и аффективного правого полушария) и личностное отстранение (себя от других). Человек учится не доверять своим чувствам, и межличностному общению в целом.

Джозеф Д. Николози — Стыд и утрата привязанности. Применение репаративной терапии на практике




5 мнения к “ДВОЙНОЕ ПОСЛАНИЕ Двойное послание — это функционирующий в триадно-нарциссической семье классический механизм, вызывающий бессилие….”

  1. Evgenia Dom-V-Dushe

    «Двойное послание» — это Вы про сменяющиеся картинки к публикациям ?

    К предыдущей публикации вчера у Вас была дева в печали, а позади ее островок с разрушенными домиками. С помощью ИИ создана была картина.

    Что побудило Вас сменить картинку ?

  2. Maria Kagirova

    Сказка о Городе, Построенном Вокруг Первой Раны

    На самой границе карт, где время замедляет шаг, стоит Город, чье имя хранят в тайне. Его не строили по плану — он вырос, как коралл на ране. И раной этой была Первая Невозможность. Для кого-то — Площадь Громкого Молчания, где ребенок впервые понял, что его крик о помощи не будет услышан. Для другого — переулок Сломанного Обещания, где мир впервые показал свое ненадежное лицо.

    Улицы здесь не ведут к центру. Они убегают от него. Они изгибаются немыслимыми зигзагами, огибая невидимый эпицентр, как вода, стекающая с горячего стекла. Попробуй пойти прямо — и упрешься в глухую стену, на которой время остановилось. Или в цирк с пустыми рядами, где когда-то ждали аплодисментов, но услышали только тишину.

    Законы города железны:

    · Свет. Фонари горят тусклым, жалостливым светом. Потому что яркий свет крадет Тень Того Дня — призрачное существо, которое должно оставаться неразличимым, иначе оно может исчезнуть, а с ним исчезнет и весь смысл города. Город боится ясности.
    · Профессии. Никто не выбирает дело случайно. Все работают на Оборону или Обслуживание Раны.
    · Часовщики пытаются починить Время, чтобы отмотать его назад к моменту до.
    · Пекари замешивают тесто с щепоткой Забвения — их булочки сытные, но безвкусные, они должны насыщать, но не давать удовольствия, чтобы никто не отвлекся.
    · Стекольщики вставляют в окна матовые стекла — мир снаружи должен быть размытым, нерезким, не таким реальным, как внутренняя боль.
    · Сторожа обходят кварталы, следя, чтобы никто не приблизился к эпицентру и не нарушил хрупкий покой.
    · Архитектура. Дома построены без парадных входов. Все двери — скрытые, в переулках. Жить здесь — значит всегда входить с черного хода, извиняясь за свое существование.

    Город функционирует идеально. Он — гениальная машина по выживанию. Но он не живет. Он замер.

    Так длилось веками, пока однажды в город не вошел Странник. Не новый житель, а тот, кто родился здесь и ушел много лет назад, устав от кривых улиц. Он вернулся, чтобы понять, можно ли отсюда выйти навсегда.

    Он обратился к Хранителям Плана — древним существам, похожим на пыльные свитки. «Как разрушить стену вокруг Площади Первой Невозможности?» — спросил он.
    «Разрушить? — проскрипели Хранители. — Нельзя. Это фундамент. Разрушишь — рухнет весь город, а с ним и ты».
    «Тогда что?»
    «Перепланировать», — прошелестели свитки.

    И они показали ему Иной Закон. Чтобы исцелиться, нужно не сносить, а признать. Не прятать рану, а сделать ее памятником. Не центром бегства, а центром нового маршрута.

    Странник сделал невозможное. Он прошел по всем кривым улицам, не избегая, а замечая их изгибы. Он нанял не каменщиков, а картографов душ. Вместо того чтобы гасить фонари, он велел направить их свет прямо на Тень Того Дня.

    И когда свет пал на эпицентр, произошло чудо. Тень не исчезла. Она превратилась в скульптуру. В монумент из чистого, темного стекла, внутри которого навеки застыл тот первый миг невозможности. Его было видно со всех концов города.

    И тогда началась Великая Перепланировка.

    Часовщики переквалифицировались в инженеров будущего. Они стали делать часы, которые идут вперед, а не пытаются отмотаться назад.Пекари добавили в тесто мед и изюм воспоминаний — не только горьких, но и сладких.Стекольщики вставили в окна линзы, которые приближали красоту дальних холмов.

    Улицы не выпрямились. Но теперь их изгибы вели к памятнику, а не от него. Люди стали приходить к скульптуре не с ужасом, а с тихим уважением. Они оставляли у ее подножия цветы — не скорби, а признательности. «Спасибо, — шептали они. — Благодаря тебе я построил этот город. А теперь, благодаря тебе же, я построю новый поверх него».

    Город не исчез. Он трансформировался. Первая Рана осталась в его сердце, но перестала быть тюрьмой. Она стала архитектурной доминантой — местом силы, от которого теперь расходятся не пути бегства, а дороги сознательного выбора.

    P.s.Так рождается настоящая целостность. Не когда ты разрушаешь свою боль, а когда включаешь ее в план застройки своей души, даешь ей почетное место и прокладываешь к ней новые маршруты. Чтобы каждый раз, проходя мимо, тихо говорить: «Да, ты здесь. И я тоже. И мы можем сосуществовать. И даже строить вместе».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика