Тренинги Коуч Василий Данилов улучшай свою жизнь
full screen background image
Search
21 ноября 2026
  • :
  • :

ПЕРВЫЕ ШАГИ ФРЕЙДА Австро-венгерское Императорское Общество врачей пользовалось репутацией одного из самых выдающихся медицинских…

ПЕРВЫЕ ШАГИ ФРЕЙДА

Австро-венгерское Императорское Общество врачей пользовалось репутацией одного из самых выдающихся медицинских обществ в Европе. Его происхождение брало начало от группы врачей, которые около 1800 года начали встречаться раз в неделю для обсуждения проблем медицины и общественной гигиены. После различных злоключений в 1837 году Общество получило официальное признание и свой современный статус. Оно продолжало свою специальную организованную деятельность в отношении проблем здоровья населения, а также стремилось поддерживать высочайший из возможных научных стандартов в каждой из своих областей. Множество важных открытий были впервые оглашены перед Обществом.

Фрейд представил статью о мужской истерии перед Обществом врачей 15 октября 1886 года. Статья была воспринята с недоверием. Фрейда попросили представить случай мужской истерии Обществу, и, хотя он согласился принять этот вызов и представил больного 26 ноября того же года, его встретили холодно, и этот эпизод послужил отправной точкой враждебных отношений Фрейда к Венскому медицинскому миру, длившихся в течение всей его жизни.

Термин «мужская истерия» применялся к двум различным состояниям, а именно к классической мужской истерии, существование которой считалось неоспоримым всеми, и к травматической мужской истерии Шарко, являвшейся объектом жарких споров между невропатологами; и что дискуссия о травматической мужской истерии сама была частью широкого расхождения во мнениях, относящегося к последствиям железнодорожных несчастных случаев и к другим видам травматизма.

Из рассмотрения деятельности Общества становится очевидным, что никто не отрицал существования классической мужской истерии. Из четырех дискутировавших двое, Розенталь и Бамбергер, выразительно изложили присутствующим, что мужская истерия хорошо известна, а Лейдесдорф говорил о ней как о современном понятии. Как и следовало ожидать, Мейнерт разделил то же мнение, так как случай классической мужской истерии из его отделений был опубликован ровно за месяц до того и под его покровительством, не потому, что мужская истерия считалась необычным заболеванием, но как результат редкого истерического симптома, который представлял этот случай. Совершенно ясно, что решающим вопросом дискуссии было утверждение Шарко о тождестве между травматическим неврозом и мужской истерией.

Случилось так, что венские невропатологи не согласились с тремя пунктами в статье Фрейда. Во-первых, Фрейд не посчитался с традицией Общества, согласно которой докладчик приносит на рассмотрение нечто новое и оригинальное. (Именно в этом состояло замечание Бам-бергера: «Все это очень интересно, но я не усматриваю здесь ничего нового».) Возможно, Фрейду оказали бы лучший прием, если бы он, вместо того чтобы ссылаться на одну из историй Шарко, принес бы одну из своих собственных.

Во-вторых, Фрейд выступил как посредник, опираясь только на авторитет Шарко, в противоречивости утверждений которого он, казалось, не оценил их сложность и скрытый смысл. В действительности осторожное отношение венских невропатологов к диагнозу истерических расстройств служило на пользу их пациентам. (В этом заключено значение высказывания Лейдесдорфа.)

В-третьих, возможно, на этих невропатологов раздражающе подействовало приписывание Шарко открытия, что истерия не является ни злокачественной болезнью, ни результатом расстройств половых органов, — тех двух пунктов, которые в Вене были известны уже длительное время. Таким образом, казалось, что Фрейд обращается к ним, как к невеждам, и говорит с ними, глядя сверху вниз.

Расхождения во мнениях по поводу травматических неврозов и мужской истерии продолжали неистовствовать в Европе в течение нескольких лет, пока в районе 1900-х годов медицинский мир утратил интерес к истерии, прекратил верить в существование признаков Шарко, а само заболевание стало встречаться много реже.

В последующие десять лет Фрейд старался изо всех сил, поднимая свою семью, выстраивая свою практику, добиваясь достижений в невропатологической деятельности и создавая новую психологию. Фрейд принялся за дело в 1886 году, с обычными трудностями молодого доктора, имеющего долги, но не обладающего состоянием. Частные пациенты поступали медленно, и он испытывал затруднения при подборе случаев для своих демонстраций в качестве приват-доцента.

Несколько фактов свидетельствуют о том, что в течение этого периода он, должно быть, подвергался критике. Его обвиняли в том, что он напустил на человечество эту «третью кару» — привыкание к кокаину (двумя прочими считались алкоголизм и пристрастие к морфию). В последней статье о кокаине, в июле 1887 года, Фрейд пытался оправдываться: кокаин, говорил он, опасен только для тех, кто имеет привычку к употреблению морфия, но в стадии отвыкания от него с помощью кокаина можно добиться удивительных результатов».




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика